Visa или MasterCard? Карту какой платежной системы выбрать? Кто на свете всех богаче? Анализ роста благосостояния в мире.

Либерализация капитальных потоков и валютный контроль: мировой опыт и Россия.

Изменения в международном валютном регулировании
Позиция международных финансовых институтов в отношении либерализации капитальных потоков с 1946 г. по настоящее время претерпела ряд кардинальных изменений. На первом этапе - вплоть до середины 1970-х гг. - валютный контроль рассматривался как полноправный инструмент макроэкономической политики. Соответствующая позиция была официально закреплена ст. VI Устава МВФ, согласно которой странам предоставлялась полная свобода вводить и использовать меры валютного контроля, направленные на поддержание платежного баланса и стабильность обменного курса. Более того, в определенных ситуациях сам Фонд мог потребовать введения валютного контроля.

С конца 1970-х гг. развитые страны стали предпринимать активные шаги в направлении либерализации капитальных потоков. Толчок этому был дан принятым ОЭСР в 1961 г. Кодексом либерализации. Однако в значительно большей степени указанному процессу способствовали объективные факторы, такие как:

Следом за развитыми странами по пути широкомасштабной либерализации пошли развивающиеся страны, сделавшие ставку на подъем экономики за счет экспортоориентированных производств и иностранного капитала.

МВФ всесторонне поддерживал этот процесс в странах ОЭСР. В отношении развивающихся стран позиция Фонда была более сдержанной. Усилия МВФ традиционно концентрировались на обеспечении конвертируемости по счету текущих операций. Что же касается капитальных потоков, то в целом МВФ поощрял шаги, направленные на либерализацию валютного режима, однако старался воздерживаться от активной роли в данном вопросе.

Следует отметить, что отсутствовала детально проработанная позиция в отношении условий осуществления и последовательности мер по либерализации движения капитала. В общем случае МВФ был сторонником постепенной отмены ограничений. Последующее возвращение к мерам валютного контроля не приветствовалось, во-первых, из-за сложности восстановления однажды разрушенной административной системы, во-вторых, из-за того, что подобные шаги подрывают доверие к политике правительства. При возникновении проблем с платежным балансом в качестве компенсирующих предлагался набор мер в области бюджетной, денежно-кредитной и валютной политики. Также допускались установление и ужесточение норм пруденциального контроля в отношении финансовых институтов.

С начала 1990-х гг. позиция МВФ по вопросу либерализации капитальных потоков стала более активной и выраженной. Этому способствовали, в частности, очевидные положительные преобразования в странах ОЭСР, связанные с реформой валютного режима, а также впечатляющие экономические показатели стран Юго-Восточной Азии. Высокие темпы роста экономик этих стран были во многом обязаны масштабному притоку иностранного капитала как в форме прямых инвестиций, так и портфельных.

В этот период МВФ активно приветствовал шаги, нацеленные на либерализацию движения капитала, и в отдельных случаях настоятельно убеждал в их необходимости. Подобная позиция была принята, в частности, со странами Центральной и Восточной Европы, где программы МВФ включали требование существенной либерализации режима в отношении прямых
иностранных инвестиции как составного элемента широкомасштабной программы реформ.

Идея поддержки и оказания всестороннего содействия процессу либерализации в развивающихся странах со стороны МВФ получила свое максимальное развитие в 1995-1997 гг. К этому времени утвердилось представление о том, что либерализация капитальных потоков способствует повышению эффективности инвестиций, ускорению темпов экономического развития, росту конкуренции и несет в себе целый ряд других преимуществ. В выступлениях главы МВФ Мишеля Камдессю, в заключениях комитетов Фонда выгоды либерализации неоднократно подчеркивались со ссылками на опыт разных стран.

Вместе с тем признавалось, что свободное движение капитала повышает вероятность валютных и финансовых кризисов как в масштабах отдельно взятой экономики, так и мирового экономического сообщества в целом. В этой связи был поставлен вопрос об усилении определяющей и регулирующей роли МВФ в вопросах валютного контроля. В Совете Директоров сложился консенсус относительно того, что юрисдикция МВФ должна охватывать весь объем платежных операций по капитальным счетам и значительную часть обслуживаемых ими исходных капитальных операций.

В сентябре 1997 г. Временный комитет МВФ дал рекомендацию Совету Директоров завершить работу над поправками к Уставу Фонда, которые закрепили бы либерализацию движения капиталов в качестве одной из целей Фонда и должным образом распространили бы юрисдикцию последнего над подобными операциями.

Кризис в странах ЮВА несколько сместил центр тяжести в оценке либерализации с очевидных преимуществ этого шага на связанные с ним опасности. На необходимость выполнения определенных условий при осуществлении процесса либерализации указывалось и ранее. Однако данная сторона вопроса не была проработана, среди предпосылок назывались общие положения: макроэкономическая стабилизация, достаточный уровень капитализации банковской системы, эффективная институциональная система . Многочисленные кризисы последних лет показали, что эти предпосылки являются необходимыми, но недостаточными для успешной либерализации. Соответственно в последнее время больше внимания уделяется всестороннему изучению возможных негативных последствий, связанных с этим процессом.

Валютная либерализация в Европе. Мощными катализаторами процесса либерализации явились разработка и утверждение концепции единого рынка и углубление европейской интеграции. В ЕС принят документ, провозгласивший свободное движение капитала обязательным в странах Сообщества. Общепринятая позиция в отношении либерализации потоков капиталов заключается в следующем:

Членство в международных организациях требует от действительных или потенциальных участников следования признанным ЕС нормам. Так, принятие в 1988 г. директивы, провозглашающей свободное движение капитала обязательным для стран ЕС, и разработка концепции единого рынка явились мощными катализаторами процессов либерализации в европейских странах. Принятие обязательств всеми участниками в отношении либерализации - вполне разумно, поскольку в случае снятия барьеров одними странами и сохранения их другими эффект либерализации может быть не столь благоприятным.

Непосредственно после проведения либерализации некоторые страны (Великобритания, Швеция, Франция) испытали резкое увеличение интенсивности потоков капитала. Однако существенного изменения в объемах чистого притока капитала не происходило. В случае со странами ОЭСР масштабного вывоза капитала, чего многие боялись, не наблюдалось. К сожалению, положительный опыт ОЭСР не может автоматически распространяться на другие страны.

Отсутствие резких колебаний в движении капитала вслед за отменой ограничений может объясняться несколькими факторами:

Однако следует еще раз подчеркнуть, что рассчитывать на действие указанных факторов можно только в случаях: а) проведения правительством страны согласованной и пользующейся доверием экономических агентов политики; б) следования признанным мировой практикой принципам регулирования финансового сектора; в) проведения адекватной налоговой политики.

Экономическая теория и практика многих стран свидетельствуют, что необходимыми условиями успеха либерализации являются:

Необходимость проведения финансовой реформы и установления жестких норм пруденциального контроля доказывает опыт Финляндии. Движение капитальных потоков здесь было либерализовано в 1986 г., в период устойчивого экономического роста. В условиях благоприятной макроэкономической ситуации механизмы управления рисками не получили должного развития. Результатом стали неконтролируемый рост операций кредитования и резкое увеличение задолженности предприятий и населения, завершившиеся кризисом банковской системы. Аналогичные проблемы испытали Норвегия и Швеция.

Приведенные выше примеры еще раз подтверждают, что экономическая стабильность и завершенность процесса реформ являются непреложными условиями успешной либерализации и усилия правительства должны быть сконцентрированы на скорейшем их достижении. Попытки же отложить либерализацию до лучших времен могут привести к утере благоприятного момента. Возможно, это является одной из причин того, что многие страны ОЭСР предприняли широкомасштабную и ускоренную либерализацию валютного контроля, не дожидаясь снижения инфляции и выполнения всех обозначенных выше условий.

Ситуация в России.

Есть все основания считать, что отмена валютных ограничений в России не приведет к возникновению кризисных ситуаций, подобных, например, той, которая имела место в августе 1998 г.

Накануне острой фазы кризиса валютное законодательство Российской Федерации нельзя было считать либеральным. Однако это не помогло избежать финансовых потрясений. То же самое относится к подавляющему большинству других стран, пострадавших от кризисных явлений последних лет. Ограничения на движение капитала в этих странах снижали доступ к финансовым ресурсам и прибыльность корпоративного сектора. Капитал, ограниченный рамками национальной экономики, использовался неэффективно. Убыточные и нежизнеспособные предприятия искусственно поддерживались на плаву. Следствием валютного контроля была дискриминация малого и среднего бизнеса: кредитные организации отдавали предпочтение крупным, ориентированным на экспорт и транснациональным компаниям, обладавшим значительно большей свободой в проведении валютных операций.

Кризис 1998 г. в России произошел из-за чрезвычайно объемного, дорогого и практически неуправляемого государственного внутреннего долга. При этом для поддержания долговой «пирамиды» Банк России проводил курсовую политику, неадекватную потребностям развития реального сектора экономики, и сдерживал падение фондового рынка покупкой ценных бумаг, эмитируя при этом рубли. Таким образом, кризис был спровоцирован чрезмерным заемным аппетитом государственной власти и тем, что главный банк страны помогал его удовлетворять во вред достижению своих конституционных целей.

Если каждая ветвь власти качественно исполняет закрепленные за ней функциональные обязанности, а государство живет за собственный счет, то кризисы ему не страшны. Вот почему представляется крайне важным ускоренное погашение государственного долга, а также отказ от новых заимствований и возобновления выпуска облигаций Банка России. Это единственная эффективная профилактика новых финансовых проблем.

Главной и, по сути, единственной причиной стабилизации ситуации на рынке были не те якобы антикризисные меры, которые проводились или инициировались Банком России (введение института специальной торговой сессии или повышение в полтора раза нормы обязательной продажи экспортной валютной выручки), а выведение к концу марта 1999 г. валютного курса на тот уровень, который начал полностью удовлетворять интересы потенциальных продавцов валюты. Можно считать, что курс доллара США на внутреннем рынке Российской Федерации был чрезмерно «задран», что позволило в течение почти полугода удерживать его практически неизменным, тем самым делая краткосрочные вложения участников рынка в иностранную валюту нерентабельными. Это помогло Банку России пополнить свои резервы, используя улучшение состояния платежного баланса страны, и «остудить пыл» участников рынка. То, что в действительности финансовая стабильность явилась следствием чисто рыночных факторов, а не административного регулирования, полностью доказывает анализ динамики валютного курса и величины государственных золотовалютных резервов за рассматриваемый период.

Общепризнанный принцип валютного законодательства - определение списка операций движения капитала и установление по отношению к ним более жестких регулирующих мер. Однако в этот список не могут входить, в частности, кредиты (депозиты) сроком до нескольких месяцев. По международной классификации они относятся к текущим валютным операциям и предоставляются (размещаются) без ограничений. Но опыт показывает, что именно краткосрочные операции таят в себе наибольший потенциал дестабилизации ситуации на финансовом рынке, а под их видом можно «прокачивать» любые суммы. Таким образом, нам предлагали и предлагают защищаться не от того «врага».

Наконец, так называемые «защитные» меры валютного регулирования на самом деле являются провокацией усугубления проблем Это что-то наподобие принятия обезболивающего средства вместо обращения к хирургу при прободении язвы. Если денежные власти уверены в том, что имеет место негативное изменение условий функционирования экономики долгосрочного действия (например, падение мировых цен на энергоносители), то нагромождение искусственных барьеров, направленных на предотвращение падения курса рубля, противопоказано. Успех административных мер будет способствовать консервации неблагоприятного состояния платежного баланса. А резко снизившаяся рентабельность экспорта вкупе со сравнительно возросшей эффективностью импортных операций приведут к падению стимулов развития отечественного товарного производства. Фактически будет происходить субсидирование покупателей валюты за счет российской экономики. Проблема может быть решена лишь одним способом - быстрой корректировкой валютного курса для восстановления равновесия спроса и предложения рыночными методами, Но этому как раз и мешают «администраторы».

Если же дисбаланс на рынке носит, по мнению Банка России, краткосрочный характер, то в целях сглаживания нежелательных или «спекулятивных» колебаний курса он обязан проводить валютные интервенции за счет своих ранее накопленных резервов. Через короткий промежуток времени резервы будут восстановлены, и Банк России от этого только выиграет.

Может возникнуть вопрос по поводу достаточности золотовалютных резервов у Банка России. Но их у него более чем достаточно. Они даже излишни, поскольку предназначены именно для защиты и обеспечения устойчивости рубля (основная конституционная функция Банка России). В этой связи странным выглядит периодическое сравнение их величины, например, с годовыми платежами государства по внешнему долгу или с импортными потребностями. Это результат следования одному из стереотипов, навязанных зарубежными «учеными умами» и подхваченных нашими «теоретиками». Можно подумать, что главный банк страны должен брать на себя повышенные обязательства, вплоть до снабжения страны импортным товаром, что не только не предусмотрено законодательством, но и прямо ему противоречит. Соответственно, нет никакого резона ни в наличии в резервах Банка России иностранной валюты в объеме, который превышает эквивалент эмитированных им денег, ни в постановке особой задачи наращивания величины резервов. Впрочем, может у кого-то есть желание расширять кредитование иностранной экономики...

Либерализация никогда не была исключительно поступательным процессом. Многие страны ОЭСР в период нестабильности и серьезных трудностей предпринимали шаги в обратном направлении, приостанавливая выполнение отдельных положений Кодекса либерализации. Такие действия считались допустимыми, особенно если предпринимались одновременно несколькими странами, как это было в конце 1960-х -начале 1970-х гг., в период кризиса Бреттон-Вудской системы. В 1980-е гг. возврат к отмененным ранее валютным! ограничениям в одностороннем порядке происходил во Франции, Скандинавских странах, а также в Испании (1992г.), т.е. странах, характеризовавшихся наибольшей интенсивностью валютного контроля на тот период. Странам, где процесс либерализации практически завершен, труднее вернуться к практике валютных ограничений. Во-первых, технически, так как административная система, осуществлявшая контроль, уже отменена. Во-вторых, в связи с тем, что нерезиденты могут иметь в своем распоряжении значительный объем активов, деноминированных в национальной валюте этих стран. В этом случае возврат к ограничениям может серьезным образом подорвать доверие и спровоцировать еще большую панику среди иностранных инвесторов, усилив их стремление реструктурировать портфели и сбросить утратившие свободу активы.

Учитывая все негативные последствия и опыт других стран, можно сделать вывод, что даже в условиях кризиса лучше воздержаться от возврата к валютному контролю. Гак, в период войны в Персидском заливе Турция испытала масштабный отток капитала, однако приняла решение не вводить ограничений на конвертируемость своей валюты.
лизации, что спосооствовало быстрому восстановлению доверия к национальной валюте и возвращению капитала.

Государство, экономика которого претендует на получение рыночного статуса, обязано раз и навсегда отказаться от попыток административного принуждения коммерческих организаций к совершению валютообменных операций и предоставить собственнику право самостоятельного распоряжения своим законно приобретенным имуществом (в данном случае иностранной валютой).

В России в настоящее время ведется полемика вокруг проекта нового закона «О валютном регулировании и валютном контроле». При разработке концепции проекта нового закона, на наш взгляд, необходимо в первую очередь четко определиться с целями законопроекта, понять, чего мы хотим добиться, устанавливая определенные правила валютного регулирования. И только после этого «выстраивать» окончательную редакцию.

Чаще всего приходится слышать о нацеленности закона на стабилизацию ситуации на внутреннем валютном рынке. Именно для этого предлагается сохранить в новом законопроекте (по различным вариантам, на неопределенный период либо на ограниченное время) такие принципиальные по важности меры, как институт обязательной продажи экспортной выручки и разрешительный характер проведения некоторых видов операций капитального характера. Предполагается, что это будет способствовать притоку иностранной валюты на рынок, помогать Банку России пополнять его резервы и исполнять функцию защиты и обеспечения устойчивости рубля.

Теперь давайте разберемся, на самом ли деле обязательная продажа способствует снабжению внутреннего рынка валютой. Причем, что крайне важно, не росту оборотов на нем (спорить не будем, это действительно происходит), а увеличению нетто-предложения валюты.как это ни парадоксально, но в конечном итоге валюты продается ровно столько, сколько ее владельцам экономически выгодно. Заставите продавать экспортера больше - его потери будут незамедлительно компенсированы обратной покупкой либо утаиванием выручки за рубежом. Именно в этом, а также в подрыве престижа национальной валюты - главные негативные последствия жестких мер валютного регулирования.

Кстати, сравнительный анализ состояния дел с динамикой резервов Банка России за период с момента проведенного в декабре 1998 г. увеличения нормы обязательной продажи с 50 до 75% доказывает, что эта мера имела скорее отрицательный эффект. Как известно, в этот период наблюдался резкий взлет цен на экспортируемые Россией энергоносители, однако темп роста резервов серьезно отставал от него. Сближение произошло лишь спустя почти два года, когда экспортеры пресытились иностранной валютой и начали ее активную продажу. Таким образом, Банк России потерял эти два года для пополнения своих резервов, не использовав благоприятный для этого потенциал. Впрочем, нет худа без добра. Увеличение нормы обязательной продажи больно ударило по самому Банку России, но зато сравнительно более низкий объем покупки им валюты привел к тому, что он не так активно эмитировал рубли и «разгонял» инфляцию.

Во всем цивилизованном мире, как уже отмечалось, центральные банки обходятся без обязательной продажи и умудряются при этом поддерживать рыночную стабильность. Таким образом, цель поддержания стабильности на рынке с помощью довольно жестких мер валютного регулирования является надуманной.

Каковы еще могут быть цели рассматриваемого законопроекта? Вероятно, совершенствование статистики или профилактика налоговых нарушений. Но тогда при чем здесь обязательная продажа и разрешительный характер ряда операций, которые ничуть не способствуют достижению указанных целей? Впрочем, как и иная, извините, «чушь» с перечнем видов и подробных классификационных кодов операций, максимальных сумм и т.д. Для всего этого есть другие законы, и при необходимости учета специфики операций с иностранной валютой можно заняться их усовершенствованием.

Отсюда основной вопрос: надо ли в нашей экономике городить огород гнилым частоколом жестких нормативных актов? Стоит ли государству узурпировать право распоряжения чужим имуществом? А именно это и происходит, когда владельцев валюты принуждают к ее продаже либо использованию на ограниченные цели. И кто-то за владельца валюты решает, что с нею делать. Причем решает на основании субъективных суждений, в индивидуальном порядке, с вытекающим из этою коррупционным потенциалом. Ради чего или кого все это делается? Зачем государство ухудшает деловой климат, не соблюдая основополагающий для любой экономики рыночного типа принцип свободного распоряжения собственностью, нарушает свои же законы, в частности ст. 209 Гражданского кодекса, которая прямо устанавливает право собственника владеть, пользоваться и распоряжаться своим имуществом? И речь идет именно о праве собственника, а не государства. Зачем устанавливаются нормы, которые в любом случае нашим, к счастью, умным российским предпринимателем обходятся? Чтобы плодить и развивать «серый» бизнес?

Таким образом, делаем вывод — каким бы ни был окончательный вариант законопроекта, кем бы он ни готовился, но должно быть изначально принято принципиальное решение об отмене разрешительного характера проведения ряда валютных операций, а также обязательной продажи экспортной выручки. Отмену необходимо осуществить, безусловно, полностью и незамедлительно. Лишь после этого можно будет сформулировать новый закон. Он окажется действительно либеральным, направленным на защиту интересов развития российской экономики.

В Российской Федерации создана и действует формально организованная, но неэффективная система валютных отношений. Существующая система контроля, включая систему наказаний за нарушение требований валютного законодательства, не способна заставить хозяйствующие субъекты действовать вопреки объективным экономическим интересам. Особо опасный момент - адаптация участников рынка к системе ограничений. Практика обхода и фактического нарушения требований валютного законодательства стала всеобщей.

Изложенное выше, а также объективный процесс интеграции России в международную экономическую и торговую системы требуют нового понимания роли валютного законодательства в системе экономического регулирования и формирования принципиально иных подходов к регулированию обращения валютных ценностей. Вопрос дальнейшего экономического роста России - это вопрос реализации экономической свободы субъектов хозяйственной деятельности.

А.Г. САРКИСЯНЦ, начальник отдела Министерства финансов РФ, кандидат экономических наук.

Статьи, интервью, публикации