В долгах как в шелках. Рост рынка потребительского кредитования. Правила денег от Уоррена Баффета, инвестора №1 в мире.

БАНКОВСКАЯ СИСТЕМА И РАЗВИТИЕ РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ

Перед российской экономикой стоят сложные задачи формирования условий для поддержания устойчивого роста, осуществления прогрессивных структурных преобразований, необходимых для уменьшения зависимости от конъюнктуры сырьевых рынков и эффективной интеграции в мировое хозяйство. В этих условиях значение банковской системы трудно переоценить. Именно банки могут и должны обеспечить бесперебойное осуществление платежей и кредитование экономики, расширять инвестиции, способствуя экономическому росту.

Очевидно, что для выполнения своих функций банки должны обладать высокой финансовой устойчивостью, иметь адекватную ликвидность, занимать стабильные позиции на рынке. Необходимо, чтобы в случае перебоев, которые могут возникать на рынке (наподобие событий середины 2004 г.), включались стабилизирующие механизмы, позволяющие локализовать кризис и уменьшить его последствия.

КАПИТАЛИЗАЦИЯ РОССИЙСКИХ БАНКОВ

Важнейшей предпосылкой стабильности национальной финансовой системы является капитализация банковского сектора. Еще в 2001 г. в материалах Банка России отмечалось, что «повышению функциональной роли банковского сектора в экономике в значительной мере препятствует крайне низкий уровень капитализации большинства российских банков и сектора в целом . Действительно, как свидетельствуют данные табл. 1, уровень капитализации российских банков остается крайне низким. Именно поэтому правительство М. Фрадкова ставит задачу «на порядок повысить капитализацию банковской системы, стимулировать процессы укрупнения .

В упомянутой выше Стратегии предусматривается увеличение соотношения капитал/ВВП до 78% к 2009г., другими словами на 0.20.4% в год. Эти цифры выглядят весьма скромными, но их следует рассматривать в более широком общеэкономическом контексте. Недостаточная капитализация является в значительной мере следствием более глубоких системных проблем, связанных с обеспеченностью финансовыми ресурсами всей экономики. Напомним, что монетизация (соотношение М2/ВВП) российской экономики остается одной из самых низких в мире, даже более низкой, чем у многих других стран с переходной экономикой (табл. 2).

В этой связи встает вопрос о формировании денежнокредитных механизмов, которые обеспечат постепенное увеличение финансовых ресурсов, необходимых для экономического роста и активизации хозяйственной деятельности. Монетизация долгосрочная системная проблема, которую следует решать в увязке с приоритетами структурной политики. Понятно, что во избежание дестабилизации других сегментов рынка и провоцирования инфляции потребуются взвешенные подходы и их филигранная реализация.

Важно учитывать и специфику российской ситуации. Напомним в этой связи некоторые оценки, сделанные автором еще в конце 1999 г., относительно потенциала не инфляционного увеличения финансовых ресурсов. «Немонетизированные операции, осуществляемые в экономике, могут в значительной степени облегчать эффективное расширение капитальной базы экономики... Пополнение ликвидности должно сочетаться с нормализацией структуры денежной массы путем постепенного вытеснения тех ее компонентов, которые возникли стихийно, минуя каналы ЦБ, а потому в меньшей степени поддаются централизованному регулированию, что снижает эффективность денежнокредитной политики».

Последующее развитие ситуации в значительной степени подтвердило указанное предположение. Начавшийся с 2001 г. не только номинальный, но и реальный рост денежной массы сопровождался сокращением неплатежей (табл. 3) и не вызвал сопоставимого роста цен (табл. 4). При этом также произошла нормализация структуры расчетов и денежной массы в целом.

В результате даже Центральный банк РФ был вынужден признать, что «в последние годы наблюдается ослабление краткосрочной взаимосвязи между денежными агрегатами и индексом потребительских цен» . По оценкам ЦБ в 2004 г. прирост денежной массы может составить 3237% при инфляции на уровне 10%. Учитывая, что данная закономерность отмечается уже в течение ряда лет, можно говорить не об ослаблении краткосрочной взаимосвязи, а о системных особенностях.

О МЕХАНИЗМАХ ФОРМИРОВАНИЯ ФИНАНСОВЫХ РЕСУРСОВ В ЭКОНОМИКЕ

У истоков таких механизмов в развитых странах находятся центральные банки как «кредиторы последней инстанции» и главные эмиссионные центры. В России пополнение финансовых ресурсов при участии ЦБ в течение многих лет осуществляется только на основе притока иностранной валюты. Как отмечается в проекте денежнокредитной политики, «основным фактором изменения денежного предложения останутся операции Банка России по покупке и продаже иностранной валюты на внутреннем валютном рынке» .

Подобный подход, как представляется, сопряжен с рядом негативных последствий. Вопервых, российская экономика ставится в зависимость от мировой экономической и политической конъюнктуры; вовторых, перестают работать ставки рефинансирования, определяющие цену финансовых ресурсов, и уменьшается возможность денежных властей проводить активную финансовую и денежную политику, влияя, таким образом, на характер экономического развития и структуру экономики; втретьих, консервируется сырьевая ориентация экономики, когда главным источником роста и спроса являются сырьевые отрасли поставщики валюты; вчетвертых, ограничивается возможность получения финансовых ресурсов остальными отраслями неэкспортного профиля, что сдерживает позитивные структурные изменения в экономике. Кроме того, снижается способность самих банков осуществлять адекватное кредитование экономики.

В этой связи для предотвращения системных кризисов, для эффективного управления ликвидностью экономики и создания условий, обеспечивающих устойчивое экономическое развитие, необходимо уделить главное внимание совершенствованию механизмов денежного предложения. Национальные денежные власти должны играть такую же первостепенную роль, как в развитых странах.

Так, на конец 2003 г. доля валютного компонента в формировании Банком Японии денежной базы иены (то есть накопленной эмиссии) составила лишь 3%, а в денежной базе доллара, которая формируется ФРС США, доля валюты при эмиссии составляет не более 7%, при том, что вся остальная эмиссия осуществлялась под внутренние активы и инструменты, позволяющие в первую очередь обеспечивать финансированием приоритетные задачи и цели, стоящие перед экономикой.

Очевидно, что такой системный подход формирует и условия для постепенного увеличения финансовых ресурсов и в экономике, и в банковской сфере. Поэтому в системном плане решение проблемы капитализации банков лежит в первую очередь в сфере нормализации общеэкономического и финансового положения в стране. И говорить о том, что проблему можно решить быстрым «накачиванием» банков средствами вряд ли оправданно. Хотя некоторые страны в период кризисов оказывали своим банкам масштабную финансовую поддержку. Так было, например, в Японии, регулирующие органы которой стали выкупать «плохие долги» у своих банков в обмен на их акции, фактически национализировав, таким образом часть своей банковской системы.

Однако не следует все списывать на внешние условия, говоря, что пока они не созреют, решать проблему капитализации преждевременно. Ведь именно финансовый сектор и банки в первую очередь могут стать источником роста, обеспечивая экономику необходимыми финансовыми ресурсами и стимулируя ее развитие. В этой связи необходимо использовать весь набор инструментов из самой денежной сферы, который поможет и экономике, и банкам развиваться.

О СТАВКАХ И МЕХАНИЗМАХ РЕФИНАНСИРОВАНИЯ

Уже не раз говорилось, что ставки рефинансирования у нас выполняют чисто фискальную роль и не оказывают влияния на рынок. Между тем именно процентные ставки должны быть ориентиром для участников рынка, являясь мощнейшим рычагом экономической политики.

Напомним, когда было нужно оживить экономику США, ФРС 13 раз за 2 года снижала ставку (в 2004 г.), установив ее на уровне ниже инфляции, поскольку риск спада воспринимался более остро, чем возможный рост цен. Даже после некоторого повышения ставок они долгое время были ниже темпов инфляции. Другими словами, для стимулирования экономики ФРС даже была готова нести дополнительные издержки. Это, повидимому, оправданно, поскольку центральные банки в большинстве стран в первую очередь «кредиторы последней инстанции», для которых стабильное экономическое развитие более важно, чем собственная прибыль. Именно поэтому во многих странах, помимо чисто финансовых задач (поддержание цен и валютного курса), на них возлагаются и задачи, связанные с поддержкой экономики в целом. И тогда уже центральные банки заинтересованы с максимальной эффективностью использовать те механизмы и инструменты, которыми они располагают, чтобы на их основе обеспечить решение задач, стоящих перед экономикой.

Ставки рефинансирования могут и в наших условиях стать мощным экономическим инструментом. Но для того, чтобы они реально заработали, необходимо, чтобы и механизмы рефинансирования стали действенным инструментом (что особенно важно, когда на рынке обостряется ситуация и растет нервозность, как это было, например, летом 2004 г.).

Действительно, деньги должны в первую очередь формироваться через внутренние денежные механизмы, а не притекать извне. Через эти механизмы ликвидность должна поступать на рынок с учетом реальных потребностей и спроса внутренних участников рынка. При этом центральный банк не просто объявляет некую условную процентную ставку. Он, по сути, устанавливает ту цену, по которой в случае необходимости он готов предоставлять финансовые ресурсы участникам рынка.

Именно поэтому в развитых экономиках такая ставка дает серьезные ориентиры для всего остального рынка, который подстраивается под ее уровень. И именно поэтому в руках центральных банков появляется эффективный рычаг воздействия, как на денежную сферу, так и на всю экономику.

О том, какое значение имеют механизмы и ставки рефинансирования для экономики (особенно в периоды кризисов), говорят следующие цифры. По данным ФРС США, когда после событий 11 сентября перед участниками рынка резко встал вопрос о дополнительной ликвидности, необходимой для недопущения кризиса, то уже на следующий день объемы заимствований банков у ФРС через «дисконтное окно» выросли более чем в 200 (!) раз по сравнению с некризисными днями. Кроме того, ФРС, выполняя функции кредитора последней инстанции, добавила большое количество ликвидности через операции на открытом рынке и через другие специальные механизмы, в результате чего напряжение на рынке спало.

В некризисном режиме роль внутренних рычагов, используемых центральными банками в формировании денег, также преобладает.

В наших же условиях денежное предложение формируется через покупку валюты, то есть фактически вне связи с реальным денежным спросом и стоимостью денег на внутреннем рынке. Поэтому и ставки рефинансирования не формируют наш рынок, а идут вслед за ним, лишь фиксируя то, что на рынке уже и так сложилось. Поэтому участники рынка научились обходиться и без механизмов рефинансирования, использование которых к тому же ограничено узким кругом инструментов, принимаемых в залог. В итоге наша внутренняя экономика практически полностью зависит от внешних источников финансовых ресурсов. Как следствие, это закрепляет сырьевую направленность нашей экономики, поскольку именно обладатели нефтедолларов (или нефтерублей после конвертации валюты) становятся источниками роста, формируя структуру экономики. В 1997 г. доля ТЭК в экспорте составляла 47%, а в 2003 г. этот показатель достиг 57%. Доля машин и оборудования сократилась за тот же период с 11 до 9%.

Поэтому в конечном итоге мы имеем довольно необычную картину: если во всем мире участники рынка ожидают, как могут измениться ставки рефинансирования и как в результате будут складываться перспективы экономического роста, то у нас в первую очередь оценивают, какова будет динамика цен на нефть.

Однако укрепление банков в первую очередь зависит от укрепления экономики. И важно, чтобы те механизмы, которые будут использоваться, реально заработали. Одним из таких механизмов является ипотека.


НОВОСТИ

28 апреля 201727 апреля 2017

Статьи, интервью, публикации